Женские гормоны провоцируют ревматоидный артрит

На самые частые и важные вопросы об артрите отвечает Алеся Александровна Клименко, доктор медицинских наук, доцент, врач высшей категории, заведующий кафедрой Пироговского Университета. Часто считается, что самый распространенный артрит — это ревматоидный. Однако это не так. Самый частый вид — остеоартрит, или артроз, которым страдает от 7 до 13% населения мира. Это заболевание связано с износом суставного хряща.

Ревматоидный же артрит является самым частым среди иммуновоспалительных артритов, но его распространенность существенно ниже — около 0,3–0,6% населения. О нем говорят больше, потому что он часто начинается в трудоспособном возрасте и без правильного лечения быстро приводит к инвалидности, что делает его более заметным в клинической практике.

Интересно, что женщины болеют ревматоидным артритом значительно чаще мужчин. Эта закономерность распространяется на многие аутоиммунные заболевания, и ключевую роль здесь играют гормоны. Женские половые гормоны, эстрогены, могут усиливать активность иммунной системы. Во время беременности симптомы часто ослабевают, а после родов, наоборот, обостряются. Считается, что дефицит эстрогенов может запускать выработку провоспалительных веществ, усугубляя течение болезни.

Заподозрить ревматоидный артрит можно по нескольким характерным признакам. В первую очередь, это симметричное поражение мелких суставов кистей и стоп. Воспалительный характер боли проявляется выраженной утренней скованностью, которая длится более 30–60 минут, а также тем, что боль и тугоподвижность уменьшаются при движении и усиливаются в покое. К самим болевым ощущениям часто присоединяются припухлость суставов и иногда покраснение кожи над ними.

Ревматоидный артрит опасен не только поражением суставов, но и системными осложнениями. Из-за хронического воспаления у пациентов нередко развивается анемия, при которой железо «запирается» в депо и не используется для кроветворения. Хроническое воспаление также активирует клетки, разрушающие кость, что в сочетании с малоподвижностью и приемом некоторых лекарств ведет к остеопорозу. Серьезнейшим риском являются сердечно-сосудистые катастрофы: вероятность инфаркта и инсульта у пациентов с РА примерно в полтора раза выше. Совокупность этих факторов исторически приводила к сокращению продолжительности жизни, однако современная терапия значительно уменьшила этот разрыв.

К сожалению, специфической профилактики, которая бы полностью предотвратила болезнь, не существует, так как в ее основе лежит сложное взаимодействие генетики и факторов внешней среды. Однако для профилактики прогрессирования и обострений критически важно отказаться от курения — одного из мощнейших факторов риска, поддерживать нормальную массу тела, тщательно следить за гигиеной полости рта, поскольку пародонтит ухудшает течение болезни, а также избегать стрессов и инфекций.

В современном лечении ревматоидного артрита основой являются препараты, меняющие течение болезни. «Золотым стандартом» среди них считается метотрексат. Роль гормональных препаратов (глюкокортикоидов) сегодня пересмотрена: их используют кратковременно в начале терапии или в виде уколов в сустав, но длительный прием стараются избегать из-за высокого риска побочных эффектов. Важно понимать, что гомеопатические и так называемые «комплексные биорегуляторные» препараты не входят в международные стандарты лечения из-за отсутствия доказательств их эффективности. Благодаря успехам современной лекарственной терапии потребность в хирургическом замене сустава (эндопротезировании) возникает гораздо реже и только в запущенных случаях.

Будущее в лечении этого заболевания связано с ранней диагностикой и стратегией «лечение до достижения цели» — стойкой ремиссии. Ученые активно изучают возможность вмешательства на самых ранних, доклинических стадиях болезни у людей из групп риска. Это направление, иногда образно называемое «лабораторией эволюции ревматоидного артрита», включает изучение роли микробиома и механизмов запуска аутоиммунитета, чтобы перенастроить иммунный ответ до того, как болезнь нанесет непоправимый вред.