Тульская областная Дума – история народовластия

Век XIX. Богородицк, родовое имение Бобринских. Не многие знают, что один из знаменитейших дворянских родов региона, принимал активное участие и в его политической жизни. В этих залах звучали новаторские предложения и смелые идеи.

И именно такой, великосветской, была атмосфера парламентаризма в начале его истории, когда Александр II в 1864 году, подарил стране земскую реформу и невиданный ранее глоток свободы. Гласность, газеты, журналы… Слово журналист, кстати, родом из той же эпохи. Собиралось губернское земство в здании Дворянского собрания Тулы. Парламентарии именовались тогда не депутатами, а гласными – они выбирались сроком на 3 года.

«Земская реформа и вообще реформа самоуправления показали, насколько эффективным может быть привлечение народа к решению своих собственных проблем. – Рассказывает профессор кафедры истории и археологии Тульского государственного педагогического университета Елена Симонова. – В результате в Тульской губернии открыто более 500 школ. Были открыты земские больницы, в которых работали врачи с университетским образованием».

Записку о плачевном состоянии здравоохранения подготовил князь Львов. Люди в те годы даже чаще обращались к знахаркам, чем к врачам. Оттого высока была смертность. И это нужно было исправлять. А Лев Толстой, в своем знаменитом кабинете, работал не только над легендарными произведениями, но и над реформами системы образования.

А в этом здании, известном тулякам как Дом Пионеров, начиная с 1870-х годов, располагалась Тульская городская Дума. Именно сюда перемещается политическая жизнь губернии после революции. «1917 год высвободил эту народную энергию для решения насущных проблем. Рабочие, крестьяне постоянно участвовали в собраниях. Народ получил больше возможностей участвовать в политической жизни. Как он этой властью распорядился, это уже другой вопрос», – говорит Елена Симонова.

Большевики, меньшевики, эсеры, зыбкое двоевластие Временного правительства и Советов, Гражданская война – это были самые тяжелые годы не только для страны, но и для парламентаризма. Но это была уже новая эпоха.