Адаптивная одежда, умная трость и шагающие коляски: как в Туле помогают ветеранам СВО

Потери конечностей и другие травмы, с которыми сталкиваются ветераны СВО, — тяжёлый удар. Смягчить его может только новая реальность, которая адаптируется под потребности человека. О том, какие возможности сейчас есть у Фонда «Защитники Отечества», чтобы сделать жизнь бойцов проще и вместе с тем более полной, поговорили с социальным координатором сектора по работе с инвалидами филиала Фонда «Защитники Отечества» Наталья Ищукова. 

Здравствуйте!

Здравствуйте!

Давайте поговорим о том, с какими проблемами прежде всего к вам приходят, чаще всего обращаются ветераны СВО, получившие тяжёлые травмы.

У нас обращаются с разными вопросами: это и получение удостоверения ветерана боевых действий, и психологическая, и юридическая помощь. В мой отдел ребята, которые потеряли конечности, в основном обращаются за получением адаптивной одежды, за получением протеза и адаптации. Естественно, мы консультируем каждого ветерана, и за каждым, кто к нам обращается, закрепляется социальный координатор, который в дальнейшем ведёт ветерана от постановки вопроса до решения проблемы.

Понимаю, что спектр проблем широкий. Давайте начнём разбираться по разным составляющим. Например, одна из важных мер поддержки для людей, которые потеряли возможность свободно передвигаться и управлять автомобилем. Знаем, что сейчас есть возможность получить адаптированный под новые возможности человека автомобиль. Как это реализуется, что нужно для получения такой меры поддержки и кто на неё может рассчитывать?

У нас есть, можно сказать, две категории ветеранов: те, кто уже имеет водительское удостоверение, и те, кто его ещё не имеет, но хотел бы обучиться на автомобиль с ручным приводом. Начнём с того, что автомобиль предоставляется ветеранам, которые получили тяжёлую инвалидность вследствие парной ампутации нижних конечностей, или инвалидам-колясочникам. Даже если у ветеранов есть водительское удостоверение или они хотят обучиться, мы всё равно обучаем их в Технологическом колледже, с которым у нас заключён договор. После обучения ребята получают удостоверение, подают все необходимые документы и получают автомобили — мы ставим их в очередь на получение автомобиля.

Это может сделать абсолютно любой из тех, кто подходит под эту категорию?

Да, конечно, это любой с парной ампутацией и инвалид-колясочник.

А когда в ближайшее время будет проходить такой набор на обучение?

Программа обучения уже началась, в октябре мы её запустили. Ребята уже обучаются, а следующая планируется после того, как наберётся очередная группа.

Хорошо. Теперь давайте об адаптивной одежде. Мы не раз делали сюжеты о ней, но всё же сейчас есть возможность поговорить подробнее. Что это такое? Как её шьют, как предоставляют и сколько единиц такой одежды каждый может получить?

Одежда самая обычная — брюки, спортивные костюмы, джинсы, но она шьётся под каждую нозологию отдельно. Если это ампутация нижних конечностей, значит, брюки с молниями, чтобы ребята смогли спокойно расстегнуть молнию и снять протез. Если это ампутация верхних конечностей, то курточки и ветровки тоже специально на молниях и заклёпках, чтобы можно было спокойно расстегнуть и снять протез, чтобы ничего не мешало. У нас есть летняя, зимняя и демисезонная одежда.

Если про зимнее понятно — скорее всего, тёплая куртка, демисезонное — ветровка. А вот обычная одежда… Я помню, в каких-то из сюжетов мы говорили, что существует адаптивная одежда вплоть до классических костюмов. Даже такое бывает?

Да, мы называем это «женильный пиджак» — он строгий, брюки, костюм, всё специально сделано под ампутацию, под каждую нозологию отдельно. Шорты, футболки — ребята всё шьют.

Одежда — это изнашиваемая история. Как часто можно претендовать на новые виды одежды?

Раз в год. Сейчас ребятам, которым выдали одежду, спустя год мы будем подавать следующие заявки.

А если посчитать — летнее, зимнее, какое-то бельё, — сколько получается одежды в принципе?

Под каждую нозологию отдельно, но где-то по шесть-семь комплектов одежды выдаётся.

После полученной травмы быт человека меняется. Здорово, если уже существующая квартира удобна: и коляска туда вписывается, и проёмы довольно широкие. Но так получается не всегда. Может ли Фонд «Защитники Отечества» повлиять на бытовую часть жизни бойца и как-то её преобразить?

Да, для бойцов мы делаем адаптацию жилого помещения. Если, допустим, инвалид-колясочник или инвалид с ампутацией, который использует кресло-коляску дома, мы для них делаем специально оборудованное кухонное рабочее место, то есть отдельную кухню. Это увеличенные дверные проёмы, чтобы коляска проходила. Также устанавливаем датчики газа, дыма, воды, датчики температуры и влажности. Это тактильные ленты — если речь идёт о нарушении функций зрения. Всё делаем для того, чтобы ребята могли в квартире передвигаться спокойно. Даже робот-пылесос, умная колонка «Алиса» со смартфоном, с телефоном — чтобы всё было под контролем. Есть ещё наручная кнопка вызова: если боец остался один дома и ему стало плохо, он нажимает на кнопочку, и, допустим, жене или маме приходит сообщение, что с ветераном что-то случилось. Даже такое у нас есть.

Звучит как совершенно индивидуальная история у каждого. Кто определяет, в каком объёме всё это будет предоставляться? Условно, робот-пылесос, колонка «Алиса» — кто-то может посчитать, что это лишнее, кому-то это необходимо. Кто решает?

На каждую комиссию выезжают специально обученные эксперты общества инвалидов. У нас есть специальная нозология под каждого ветерана, и они смотрят по нозологии, кому что положено: с нарушением функции зрения — одно, с нарушением функции слуха — другое. Но в основном всем положены робот-пылесос, рабочее место инвалида, если он обучается или работает удалённо. Система «Умного дома» положена практически всем по нозологии. А так на каждую нозологию — отдельный перечень оборудования.

Есть ещё такой немаловажный момент: не все дома возможно адаптировать полностью. Например, в хрущёвках очень узкие подъезды, и невозможно сделать удобный пандус. Бывает ли, что обращаются в Фонд «Защитники Отечества» с просьбой помочь подобрать более подходящую квартиру — например, свою продать и купить что-то другое, а может, помочь с реализацией шагающего механизма или других механизмов, которые позволяют спускаться с третьего-четвёртого этажа дома без лифта?

Да, у нас есть специальные коляски Caterwil — шагающие, они идут как ступенькоход. Если по нозологии нашему ветерану это прописывают, мы можем помочь с оформлением такой шагающей коляски. Это специально для ветеранов, которые, допустим, спинальники, инвалиды-колясочники, кому тяжело спускаться. Мы оформляем специальную шагающую коляску, которая спускается как ступенькоход.

Недавно при поддержке Ростеха в Фонде «Защитники Отечества» и правительства региона открылся центр инноваций в травматологии и ортопедии. Насколько мы понимаем, это важная вещь не только для Тульской области, но и для соседних регионов. Как ветеранам попасть в этот центр? И какие новые возможности в нём появились?

Это центр не только реабилитации — он полностью занимается протезированием наших ветеранов. Сейчас они занимаются верхними и нижними конечностями. Для того чтобы обратиться в ЦИТО, нужно просто подойти к нашему социальному координатору, и мы уже свяжемся с сотрудниками ЦИТО, соберём все необходимые документы, и ребята отправляются на протезирование.

Расскажите о том, что такое умные ТСР, для кого они нужны и с какими нозологиями их можно получить?

У нас есть ребята с нарушением функции зрения, которые тотально слепые. Им тяжело выйти на улицу, например по каким-то причинам: родители не могут находиться с ними 24 на 7, жёны точно так же. Есть так называемая «умная трость»: она цепляется на костыль и, можно сказать, как телевизор — говорит ветерану, куда ему идти. То есть она ему сообщает: здесь ступенька, переступи ступеньку, здесь бордюр, здесь человек с собакой идёт. Она комментирует, грубо говоря, как ему идти, и ветеран идёт. Всё передаётся через наушники: он подключается, надевает наушники, и умная трость его ведёт. Можно сказать, как умная колонка «Алиса». Он ей говорит: «Отведи меня в больницу, больница находится там-то», — и умная трость ведёт его до больницы.

Спасибо за беседу. 

Алина Фурсенко