Суздаль не всем по карману, а Венёв демократичнее: интервью с Денисом Махелем

Венёв занимает второе место после Тулы по турпотоку в регионе, и это ошеломляющий результат для маленького города. Останется ли он тихим купеческим городком или станет современным центром экотуризма? Чем он так привлекает туристов и как родилась идея создания булочки-венёвки? Об этом мы спросим руководителя туристско-информационного центра города Венева Дениса Махеля. Денис, так с чего же всё начиналось?

К этому мы шли лет двадцать. Ещё в 2004 году по моей инициативе был создан сайт «Венёвский уезд». Я с самого начала ставил задачу развивать туризм. Я не коренной веневец, я приезжий, и меня тогда удивила та особая атмосфера, которая в городе сохранилась. Такого уже не было ни в Киреевске, где я родился, ни в Туле. А там старину ещё можно было увидеть, потрогать, услышать.

И этим вас и привлекло? Главный магнит, безусловно, Никольская колокольня. Чем она уникальна и каково это — прикоснуться к истории, которая была в руинах, а сейчас, как говорится, восстала из пепла?

Да, есть даже такой термин: «Венёв — город колокольни». Но это, конечно, не совсем так. У нас есть и булочка-венёвка, и множество других достопримечательностей, брендов второго и третьего ряда. Но колокольня остаётся главной узнаваемой архитектурной доминантой, которая привлекает людей. Во-первых, высота — 80 метров. Но дело не только в высоте. Мы точно не знаем имени архитектора, но это явно был человек с насмотренностью и опытом — имперского уровня. Даже называют, что это римская архитектура, такая мода XVIII века на пафосные здания.

Вы постоянно придумываете новые форматы, например, экскурсию «В портал времени» с иммерсивным фильмом «На колокольне». Как родилась эта идея и почему выбрали второй ярус?

Просто подъём на колокольню — это скорее спортивный аттракцион, но ведь это церковь, и такой подход неправилен. Нам хотелось добавить культурную, познавательную составляющую. Сам формат мы не придумали, подсмотрели в других городах. Это дополненная реальность: внезапно в полумраке появляются два персонажа. Нам помог Тульский драмтеатр — Рагим Мусаев написал сценарий, актёры отлично сыграли. Всё смонтировали, и получилась иллюзия. Дети иногда даже не верят, что это проекция, а не живые люди. Второй ярус выбран не случайно — это середина подъёма, чтобы люди передохнули, посмотрели фильм и пошли дальше.

Интересная идея. Говорят, что главный съедобный бренд Венёва — булочка-венёвка — это ваша идея. Расскажите историю её появления. Это возрождение старинного рецепта или нечто новое?

Правильнее сказать, что это победа всего коллектива. Идея родилась у московских авторов, её поддержала местная пекарня, а я подключился, когда уже была готова пробная партия в феврале 2014 года. Мы начали рассказывать о булочке в соцсетях, показывать туристам, и она стала продвигать себя сама — без вложений. Сейчас она используется даже на городском мерче. Булочка-венёвка стала символом города. Главный вопрос: старинная ли она?

Да, что с рецептом?

Венёвские крендели существовали ещё в XIX веке. Но они были обычной формы, такие же, как, скажем, в тульских гипермаркетах. А вот москвич Александр Трифонов придумал добавить хвостик, чтобы получился крендель в виде буквы «В». Так что вкус — старинный, а внешний вид адаптирован под венёвскую символику. И ещё одна особенность: в Венёве не было большого притока населения, и пекари учились у наставников, которые сами переняли ремесло ещё до революции. Эта связь в рецепте прослеживается.

Тульская область активно входит в астрономическую карту России, и недавно два ресторана Венёвского района вошли в топ-50 лучших гастромаршрутов страны. Насколько это значимо для района и как гастрономия влияет на облик города?

Для Венёва это очень важно. Если посмотреть на тульские бренды — это пряники, пастила, пирожки, наша булочка-венёвка. Мы, работники туристского центра, хотели бы, чтобы осмотр города начинался с нас, но на практике он начинается с кафе. Люди приходят уже со стаканчиками и булочками. И гастрономия в этих двух ресторанах даёт ощущение причастности: важно не только увидеть историю, но и попробовать её на вкус. И это всё вместе работает.

В Венёве один за другим появляются муралы в рамках проекта «Рябиновая Русь». А ещё у вас родился новый фольклорный бренд. Сработает ли это как туристический магнит?

У нас сейчас дефицит былинных персонажей. Мы взяли фольклорный образ «Девочки Арины», которую исследователи XIX века связывают с разбойником Кудеяром. Кудеяр известен по всей Центральной России, а вот его оппонент, девушка, появляется только в Венёве. Мы использовали этот конфликт, и с помощью Рагима Мусаева создали кукольный спектакль. Уже прошло около десятка показов — в Венёве, в Туле, на Куликовом поле. Дети приезжают и говорят: «Мы приехали, потому что видели спектакль в детском саду». Теперь Арина — символ нашего туристско-информационного центра: девочка с книжкой, из XVI века, привлекает туристов.

Недавно появился новый восточный маршрут «Венёв — Епифань — Куликово Поле — Кондуки». Как вы видите свою роль в этом маршруте и чем Венёв может заинтересовать путешественников, которые едут по трассе М4?

Это реальный, продуманный маршрут. В отличие от многогранников, когда пытаются объехать десяток точек за день, здесь взяли трассу М4 и нанесли на карту все знаковые места. Мы уже несколько лет, особенно с 2022 года, видим массовый поток. Венёв, Богородицк, Епифань, Куликово поле — всё востребовано. Можно добавить Кимовск, даже Ефремов. М4 — это магистраль. Однажды на историческом форуме я посетовал, что у нас нет Волги и туристических пароходов, а коллеги ответили: «Зато у вас есть трасса М4». И это даже лучше — она круглогодична, поток машин постоянный.

То есть люди приезжают сами, семьями на машинах?

Да, каждый день — бесконечный поток. Вот сегодня с самого утра я вырвался к вам на интервью.

Если говорить о перспективах, каким вы видите Венёв через пять-десять лет?

Сами люди говорят, что Венёв очень напоминает Суздаль. Нам уже обозначили направление. Может, Суздаль не всем по карману, там дороже, а у нас демократичнее. Но концепция ясна: старинные здания, уютные домики, хорошая природа. У нас несколько обводнённых карьеров — можно развивать водные виды отдыха. Географически Венёв ближе всех к Московской агломерации, второе место по турпотоку мы плотно заняли и уже три года удерживаем — вряд ли кому-то отдадим.

И не нужно его осовременивать? Пусть остаётся маленьким купеческим городом с каменными особнячками?

Инфраструктура, конечно, должна быть новой, но сам каркас города должен сохраниться.

Если человек никогда не был в Венёве, скажите, чем его можно привлечь буквально двумя фразами?

Это сложная задача, и она стоит перед нами каждый день. Мне нравится формулировка коллег из Министерства туризма: «Венёв — твоя сладкая булочка с 1371 года». Ещё говорят: «Венёв — купеческий город», «Венёв — город-колокольня». Но мы подходим комплексно. Сейчас лидируют две концепции. Первая: «Венёв — несоветский город». Индустриализация обошла нас стороной, в советское время не появилось ни одного промышленного предприятия. Мы идём по улице и говорим: «Вот бабушка, она тут с XVII века живёт, а вот парень с фамилией Борзунов — его род здесь с XV века». Вторая концепция: «Венёв — маленький сын большой страны». Все события — Великая Отечественная, освоение космоса, Олимпиада-80 — оставили здесь следы, о которых рассказывает наш фотомузей. Но всё же «Венёв — несоветский город» играет ключевую роль, и мы продвигаем его именно так.

Денис, спасибо вам большое за беседу.

Спасибо.