В Туле обнаружились псевдо-волонтёры, пытавшиеся заработать на чужой беде

Екатерина изо всех сил старается не расплакаться. От одной лишь мысли, что кто-то может заработать на беде её шестилетней дочки, женщине не по себе.

Ребенок болен ДЦП и страдает эпилепсией. Регулярные курсы терапии в Пензе стоят от 70 до 250 тысяч. Когда в январе через социальные сети, на запросы о помощи ответил благотворительный фонд – в семье это сочли удачей.

«Фонд «Счастливые дети». Мы очень обрадовались, тем более что это был Алинин день рождения», – говорит мама больного ребенка Екатерина Люфт.

На странице этого фонда в соцсетях сразу появилось фото ребенка, рядом активные ссылки на платежные сервисы. Регулярно, за подтверждением информации звонили люди, готовые пожертвовать через добровольцев деньги. Впрочем, в начале мая раздался другой звонок.

«Сказали, чтобы не звонили и не писали. Денег не будет», – вспоминает Екатерина .

Название красуется на бейджике, в прозрачной коробке – банкноты. О закрытии фонда волонтер Алексей ничего не слышал. Он по-прежнему работает на улице Коминтерна в Туле, и с готовностью демонстрирует всем, ксерокопии неких документов. Офис фонда по его словам находится на проспекте Ленина, 26.

На месте стало понятно, что история с фондом – дело темное в прямом смысле этого слова. Третий этаж, где по словам очевидцев должны располагаться те, кто помогает детям, встретил нас кромешной тьмой. Никаких следов организации, которая работает по всему региону, здесь нет. Дабы пролить на историю свет, прямо из темноты, делаем звонок директору. Он ответил, что очень занят, а фонд не работает.

Пообщаться с руководителем фонда пытались и родители Алины. Они сделали диктофонную запись. На ней все тот же директор убеждает собеседников не лезть в это дело, ссылаясь на неких бандитов.

Евгений – директор благотворительного фонда с многолетней историей. Вот так через боксы, наличными, современные благотворители вообще собирают средства крайне редко.

«Эти фонды работают короткое время. От года до двух, а потом они закрываются. Их не успевают проверить даже. Там проверка раз в три года», – рассказывает президент благотворительного фонда «Не молчи» Евгений Макалов.

А семья Алины копит на терапию самостоятельно и ищет новых благотворителей, но даже в этой ситуации больше всего они жалеют тех, кто отдал последние деньги думая, что помогает их дочери.

«Кто-то перечислял по 1000, 2000. Они могли эти деньги потратить на своих детей», – говорит Екатерина Люфт.